Философские заметки из пустыни

Путевые заметки, лето 2014. Пустыня Сахара, территория Туниса

Я никогда не составляла списки посещённых стран и «чудес света», не стирала области на карте и не считала города. Не собирала магниты, не вела чек-листы и не китчилась печатями в паспорте. Никогда не относилась к путешествиям как к чему-то, что можно складывать в копилку. 

В детстве я много сочиняла о том, какими будут мои приключения, и вот уже слушаю песни бедуинов, сидя с ними у костра в пустыне. В моих сочинениях было что-то другое, не имеющее отношение к эмпирическому опыту. Это борьба с тоской выражалась в повествовательной форме. 

Потом поняла, что столицах та же тоска, только предлагается в другой таре. И в другой стране, и на другом континенте. Тоска там же, где человек. Где человек, там и борьба с тоской. Может и нет добра со злом, а есть скучное и весёлое. Может, всякая деятельность человека — это война, объявленная тоске. Может, не труд сделал из обезьяны человека, а животное затосковало. Крепко затосковало, по-настоящему.

 Фото из пустыни Сахара, 2014

Человек гоняется за красками и скачет из одной точки в другую, изо всех сил убеждая себя в своей интересности. Он может объехать весь мир, так и не узнав счастье вне декораций. В финальной точке большого маршрута он не может признать бессмысленность своих списков — ведь этим он измеряет успех путешествия. Не может освободиться от оценки окружающих — ведь им он будет хвалиться количеством посещённых стран. Человек спешит без цели исследовать мир, не исследуя себя. Он называет глазенье созерцанием, а довольство — вселенской гармонией. Сколько бы он ни объехал, ему будет мало; за счастье выдаётся движуха, которая заполняет пустоту. Когда человек останавливается, перестаёт измерять, сравнивать и оценивать — приходит тоска. 

Никогда не видела в этом накопительном подходе какое-то не навязанное и неподдельное счастье. Я не могу подделать счастье, например, которое испытываю от книг. Не могу подделать свободу, которая вламывается из всего виденного и слышанного мной. Освобождающее счастье — вот критерий правды. Это водяной знак, не измеримый никакими списками, валютами и километрами.